aif.ru counter
2354

Особенные девочки. Три года маленькие двойняшки борются за жизнь

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 47. АиФ-Крым №47 21/11/2014

Врачи сказали молодой маме Юле: «Это — конец, прощайтесь!» Юля переступила порог реанимации. Дочка неподвижно лежала на кушетке, глаза закатаны. Из трахеостомы со свистом вырывалось дыхание.

Юля присела рядом, вложила дочери в раскрытую ладонь свой палец. «Альбина, пожалуйста, живи. Мы тебя ждем!» — взмолилась она. Рука дрогнула, и детские пальчики неуверенно сомкнулись.

После этого трехлетняя Альбина Ибраимова «умирала» ещё семь раз. Во время очередного приступа врачи боялись дарить надежду. Предупреждали: «Даже если выживет, вряд ли останется в здравом уме. Но, наперекор прогнозам, Альбина выходила из самых сложных жизненных пике.

Альбина Ибрагимова Фото: Из личного архива

Болезнь в квадрате

Двойняшки Сабина и Альбина родились семимесячными, с маленьким весом, гипертонусом, проблемами с глазами. Малышек сразу подключили к аппарату искусственного дыхания. Сабина стала самостоятельно дышать уже через месяц, а Альбине понадобилось на полмесяца больше времени. Патологии проявились после трех месяцев. У Альбины начались приступы удушья, справиться с недугом врачи не смогли. Малышка дышала через отверстие в трахее — трахеостому, а маме посоветовали везти ребенка на консультацию в Киев. «Там Альбине стало хуже, она просто перестала дышать, четыре месяца пролежала на искусственной вентиляции легких, — вспоминает мама Альбины, Юля. — На тот момент нам поставили диагноз бронхо-легочная дисплазия: то есть, при рождении легкие слиплись и не могли раскрыться».

Тем не менее, девочку выходили. Врачи говорили, что к трем годам ребенок сможет дышать без всякой помощи. Тогда казалось, все беды позади, можно заниматься здоровьем второй дочери, Сабины, у которой обнаружили дисплазию тазобедренных суставов. Несмотря на то, что девочкам уже исполнился год и три месяца, они все ещё не ходили. Но Ибраи­мовым говорили: всему свое время. А потом обеим поставили диагноз диссекция церебральный артерий.

Не успела семья оправиться от одного удара, как жизнь нанесла другой. Через три месяца у Альбины началось кровотечение. Поднялась высокая температура, давление упало, девочка потеряла сознание. Ребенка отправили в реанимацию.

«Сказали, что после первого кровотечения выживают 70%, переживших второе — 30%, а после третьего никто не выживает. У нас таких эпизодов было восемь. Мы не знали, что делать», — вздыхает мама. Ибраимовым пришлось оставить дом в Октябрьском и срочно искать жилье в Симферополе, чтобы быть ближе к больнице. Сняли самую дешевую на тот момент квартиру. Юля бросила клич в социальных сетях, отозвались неравнодушные, удалось собрать деньги на дорогу и лечение в Киеве. Там ребенку поставили диагноз  портальная гипертензия. То есть, высокое давление в главной печеночной вене, которая идет к системе пищеварения. Альбину прооперировали и отправили домой. А через два месяца всё повторилось: кровотечение — реанимация — «Все, прощайтесь!». У Юли опускались руки.

Сабина Ибрагимова Фото: Из личного архива

Оставался единственный шанс — ехать в Москву. Там Альбину прооперировали трижды. Сказали: если выживет — это будет чудо. Девочка выжила! Тогда же удалось выяснить причину кровотечений — сложности в сворачиваемости крови. Следующая операция назначена на 26 января 2015-го года. Заодно пообещали решить проблему с трахеей, на которой нужна сложная пластическая операция.

«Они хотят ходить!»

Юля то и дело прерывает рассказ, отвлекаясь на дочерей. Альбина сидит в пластмассовой ванной, укутана в одеяло, перебирает игрушки. Тяжело дышит. Над ней возвышается в детском стульчике Сабина. Перебирает нехитрый скарб из шкатулки: заколки, бусы, браслеты. Кокетливый взгляд из-под длинных ресниц. Девочкам - уже три года и четыре месяца. Обе требуют внимания. У Сабины – преимущество: есть голос, которым она зычно, не стесняясь, зовет маму. Альбине остается к невнятному хрипу подключать, насколько возможно, мимику.

Сабина, прислушиваясь к детским голосам за окном, печально замечает: «Там дети играют, а я не могу, у меня ножки больные». Юля поясняет, что гулять получается редко. Да и сама она практически не выходит из квартиры: детей оставить не с кем, а спустить обеих девочек, коляски с пятого этажа Юля сама не в силах. 

Семья Ибрагимовых Фото: Из личного архива

Девчонки растут улыбчивые и подвижные. Сабина просит опустить ее с кресла на пол. «Хочу ходить!» — требует она. Поддерживаю ребенка под мышки, пока она перебирает ногами по полу. Ноги не слушаются, упорно сплетаясь в тугую косичку. Сабина не сдается и повторяет попытку, едва касаясь носками земли. Радуется каждому «шагу». За сестрой, поддерживаемая Юлей, тянется Альбина. Такая «прогулка» длится недолго. Обе девочки быстро устают.

«Видите! — восклицает Юля. — Они хотят ходить! Я верю, что Сабина пойдет. Просто сейчас из-за Альбининой болезни Сабина жертвует своей пенсией, мы не можем даже отправить ее в санаторий».

Ибраимовы живут скромно, в съемной однокомнатной квартире. Спать приходится вчетвером на одной кровати. Летом, когда было тепло, родители ночевали на полу. Все деньги уходят на лечение дочерей. Уже начали копить на дорогу и проживание в Москве — операцию сделают бесплатно. Билеты на самолет Юля покупает за свои деньги. «Хотя детям-инвалидам по российской программе один раз к месту лечения положен бесплатный билет, второй раз – 50% скидка, — рассказывает она. — Но в наших авиакомпаниях льгот нет». Она знает, о чем говорит: обзвонила всех авиаперевозчиков, которые летают в Крым, просила пойти на уступки, чтобы хотя бы не покупать больному ребенку билет. Уступить никто не захотел.

Юля признается: просить помощи у людей ей стыдно. Некоторые, узнав о беде, говорят: это вас бог наказал. «Но разве дети могут быть наказанием? — удивляется  она.

Смотрите также:

Оставить комментарий (2)

Также вам может быть интересно


Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах