Недавно ученые опубликовали один из промежуточных результатов исследования, касающегося популяций рыб, которые жители южных регионов пока еще считают самыми обычными. Речь идет о судаке и тарани. К сожалению, скоро они могут пополнить список морских обитателей, которые на глазах «уплывают» из нашего меню. Связано это с процессом осолонения Азовского моря, который начался еще в советское время. Почти все крупные реки, впадающие в него, были перегорожены плотинами для создания водохранилищ. И сброс пресной воды значительно уменьшился. О проблеме мы поговорили с заведующей лабораторией физиологии и биохимии ГНЦ РФ ФГБНУ «ВНИРО» Анны Войкиной.
Проблема в браконьерах и солености моря
Исследование проводят специалисты Южного филиала Всероссийского НИИ рыбного хозяйства и океанографии (ГНЦ РФ ФГБНУ «ВНИРО»). Веками судак и тарань были желанной добычей рыбаков, и, казалось, они всегда будут водиться если не в изобилии, то в достатке.
Ученые провели экспедицию по местам нереста судака и тарани, которыми являются лиманы Азовского моря. По информации Анны Войкиной, были изучены запасы питательных веществ в организмах рыб. Это важно, поскольку именно от этого зависит успешность нереста — и сама возможность совершать миграции, и формирование «фонда» половых клеток. Кроме того, исследовалась кровь: она «рассказывает» о наличии или отсутствии воспалений, наличие нарушений в организме, вызванных негативными факторами внешней среды.
Изучение состояния судака и тарани продолжается, но популяции этих видов ученые характеризуют как основательно подорванные. И если с одними причинами — например, браконьерством, все-таки возможно бороться, то с остальные пока «непобедимы». Это зарастание природных нерестилищ в лиманах и малых реках, а также осолонение Азовского моря. В прошлом году зафиксирована соленость в 16 промилле. За всю историю наблюдений высокая соленость наблюдалась в 1972-1978 гг. — до 13,8 промилле. Низкий уровень зафиксирован в 1980 — 9,5 промилле.
Процесс дает шанс одним видам рыб освоить новые пространства, а другие просто не смогут, если процесс продолжится, жить и размножаться в Азове. К последним, к сожалению, относятся тарань и судак.
Конечно, процессы эти будут идти медленно, и, возможно, для обычных людей незаметно.
«Черное и Азовское моря относятся к устоявшимся в плане видового состава экосистемам, — пояснил доцент кафедры зоологии и аквакультуры Института биохимических технологий, экологии и фармации Крымского федерального университета (КФУ) Владимир Гайдаенко. — Здесь не могут мгновенно появляться и исчезать какие-то виды. Да, заходят сюда обитатели других морей, наблюдали не раз в Черном море несвойственные ему виды ихтиофауны, но это были единичные случаи. Другое дело — количественные характеристики. К примеру: было много бычка в Азове — стало меньше. И это, как правило, связано с изменением среды обитания. Для бычка осолонение воды стало негативным фактором — соленость воды важна для развития икры. Сам бычок может обитать в такой воде, а вот его икра развиваться не будет».
Взрыв численности произошел у креветок
Отследить изменения по основные промысловым видам в Черном и Азовском морях пока затруднительно. В условиях СВО изменился сам промысел, появились ограничения. И говорить о том, что какой-то рыбы стало меньше только потому, что она реже или в меньших количествах появляется на прилавках, неправильно. Очень может быть, что она держится там, куда не добираются рыболовные суда.
С другой стороны, значительная часть улова просто может не попадать на прилавки крымских рынков и магазинов. И выловленную у берегов полуострова добычу везут туда, где продать выгоднее.
«Керченская селедка, хамса, килька, тюлька, камбала-калкан, сарган, ставрида, барабуля, креветки — виды, которые массово ловят в наших морях, — сообщил Владимир Гайдаенко. — И объемы вылова, кроме хамсы, кильки и тюльки не очень велики. Остальное — так называемая деликатесная группа. В приморских городах и поселках в кафе и ресторанах предлагаются блюда именно из этих рыб. Так что, основная часть улова расходится как раз в Крыму — но в общепит».
Неизменный закон «где-то убыло — где-то прибыло», действует для обитателей морей, омывающих полуостров. Более соленую воду «приветствуют» камбала-калкан, пиленгас. И для пробирающихся в Азов из Черного моря кефали, ставриды, барабули, вода становится подходящей для жизни и размножения. Кстати, «взрыв численности» произошел у живущих в Азове креветок, их вылов в прошлом году увеличился в десятки раз. Они сами — не только объект промысла, но и ценный пищевой ресурс для некоторых видов рыб.
К слову, и популяризировать представителя мелкосельдевых — хамсу, тоже было бы полезно. Она, обычное лакомство для крымчан зрелого возраста, молодым уже... неизвестна. Заведующий кафедрой зоологии и аквакультуры Института биохимических технологий, экологии и фармации КФУ Владимир Подопригора специально интересовался у своих студентов: кто любит жирную малосольную хамсу с картошечкой? Тем, оказывается, вкус ее неизвестен.
«Они уже такое не едят, — констатировал ученый. — Если когда-то, с начала путины, крымчане старались добыть малосольную хамсу свежего улова, то сейчас почти не ищут».
Владимир Подпригора рассказал, что с 50-х годов прошлого века виды рыб — «короли выловов» — которые приносили самую высокую прибыль рыбакам, стали мельчать. Осетровые, кефали, камбалы... А к концу прошлого века «топовым» видом стала хамса. Возможно, что ее будущее, как части рыбного меню, изменится. В Турции хамсу не едят, но перерабатывают ее, получая рыбную муку и рыбий жир. В Керчи несколько лет назад тоже открыли завод по производству рыбной муки.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
