Примерное время чтения: 12 минут
284

Ползём, лежим, перевязываем. В Крыму учат оказывать первую помощь при ранах

Главный помощник инструктора — манекен Фёдор.
Главный помощник инструктора — манекен Фёдор. / Глеб Задворнов. / АиФ-Крым

Всё, что обычный человек знает о первой помощи, обнуляется для ситуаций, где нужно действовать быстро и в небезопасной обстановке. В первую очередь, конечно, там, где идут боевые действия. И в возможной «зоне прилётов» украинских ракет и дронов. Да и в обычной жизни, когда можно пораниться, попасть в ДТП, пострадать в походе.

Сотрудники krym.aif.ru побывали на курсах тактической медицины «ВОИН», организованных по инициативе Союза журналистов Крыма.

 «Хвост» в зубы

«Граната!» Из положения лёжа видно, как она подкатывается, покачиваясь на ребристых боках. Да что ж такое! Второй раз «прилетает» именно ко мне. Но лежу согласно инструкции: ноги вместе, пятки вниз, руки на голову. Была бы каска — тогда руки прижать рядом. Следующая команда: «Ранение в левую руку! Красная зона!» Граната, конечно, пластиковая. После боевой никакая помощь уже не потребовалась бы. Но вот знания — самые настоящие. Именно те, которые могут пригодиться. Спасти жизнь.

«Король» аптечки — кровеостанавливающий жгут. Первое правило при осмотре любого пострадавшего, в том числе и себя, любимого — выявление повреждений крупных сосудов. Если оно есть, действовать надо мгновенно.

Журналисты отрабатывают навыки самопомощи.
Журналисты отрабатывают навыки самопомощи. Фото: АиФ-Крым/ Глеб Задворнов.

Но жгут мало иметь. Нужно уметь им пользоваться. Взять и обмотать выше места повреждения? Да ничего подобного! Навык — а он совсем не простой, должен быть отработан. В зоне боевых действий жгут складывают веером, перехватывая резинкой — такую используют для денежных пачек. Из этого положения проще ухватить «хвост» широкой ленты, зажать в зубах, растянуть, сделать два витка — один на другой вокруг раненой руки, на верхнюю треть. А потом затянуть узел. Это если помощь приходится оказывать себе самому.

«Ранение правой руки! Зелёная зона!» Команда означает, что самопомощь оказывается в относительно безопасном месте, где можно встать во весь рост. Сгибается левая нога, наклон вперёд, чтоб повисла «раненая» рука, кончик жгута в зубы...

«Хорошо... Нормально... Плохо, смотри: палец под жгут проходит», — проходят мимо строя журналистов инструкторы. В боевых условиях плохо наложенный жгут — гибель. Про умерших от неостановленного кровотечения говорят: вытек. Раненому на щеке маркером рисуют время остановки кровотечения. Потом медики разберутся. Жгут, который более 4 часов пережимал кровеносные сосуды, в полевых условиях нельзя снимать: организм будет отравлен скопившимися токсинами.

Моделей кровоостанавливающих жгутов и турникетов существует очень много, но в боевых условиях большинством из них пользоваться неудобно.
Моделей кровоостанавливающих жгутов и турникетов существует очень много, но в боевых условиях большинством из них пользоваться неудобно. Фото: АиФ-Крым/ Глеб Задворнов.

Правильно наложенный жгут — это больно. Очень больно! Поэтому в аптечках, которые носят с собой бойцы — шприцы-тюбики с обезболивающим.

«Всем, что уложено в личную аптечку, нужно уметь пользоваться, — рассказывает дипломированный инструктор по обучению навыкам оказания первой помощи и специалист по тактической медицине Владимир Ярмак с позывным «Док». — Причём собирается она так, чтобы любой боец мог бы применить средства из аптечки раненого товарища».

Кстати, о товарищах. Разбиваемся на пары, становимся «ранеными» по очереди — и тренируемся. Забегая вперёд, большинство участников домой привезут шикарные синяки на руках и ногах. Это означает, что тренировались добросовестно. Заодно осваиваем турникеты — тоже средства для остановки кровотечения.

Время от времени раздаётся: «Мина! Граната! Бам-бам-бам!» Это инструкторы проверяют, быстро ли мы реагируем на команды. А когда все оказываются на полу, объявляют, куда ранило, как оказываем помощь, и где находимся. «Красная» зона — там, где стреляют или куда может прямо сейчас «прилететь». Тут ползём и лежим. В «жёлтой» можно приподняться на колени, в «зелёной» — во весь рост.

Кое-что о жгутах:

Кровоостанавливающие жгуты Эсмарха (слева) и Альфа
Кровоостанавливающие жгуты Эсмарха (слева) и Альфа Фото: Из архива

В обычных аптеках можно найти кровоостанавливающий жгут Эсмарха, с петлями и пластиковыми застёжками. В зоне боевых действий такие жгуты не в почёте: петли-дырочки растягиваются, есть риск их разрыва. При отсутствии других вариантов, часть с «застёжками» обрезают. Но это тоже плохо: кому-то может не хватить оборота такого укороченного жгута. А вот жгут «Альфа» длиной в 1,2 метра в полевых условиях зарекомендовал себя отлично.

А нам всем — Ж.О.П.А!

Больше всего Док рассказывает об остановке кровотечений. Как обычный индивидуальный перевязочный пакет в брезенте может спасти жизнь при разных ранениях. Как и зачем тампонировать раны. Какая польза от обычного треугольного лоскута — косынки медицинской, что такое компрессионно-бандажная повязка.

Потому, что там, где боевые действия — это главное. Остановить кровь. Всё остальное потом. Самопомощь — возможность продержаться до того времени, когда тебя вынесут в укрытие или безопасное место.

После наложения жгута раненого необходимо перевернуть.
После наложения жгута раненого необходимо перевернуть. Фото: АиФ-Крым/ Глеб Задворнов.

«Решение о том, выносить ли раненого, принимает командир подразделения, — объясняет руководитель крымских курсов тактической подготовки «ВОИН» Евгений Лукашенко. — В каждом конкретном случае он оценивает тактическую обстановку, и даёт команду. Представьте, что подразделение ведёт бой, кого-то ранило — а ситуация такая, что никак нельзя ослабить плотность огня. Послать кого-то из солдат за раненым — минус один человек в строю. А если и его ранят? Поэтому так важно уметь самому в первые минуты после ранения позаботиться о том, чтобы не истечь кровью».

Узнаём об алгоритмах — порядке действий при ранении. Каждое из них обозначено буквой, и все вместе по порядку сведены в одно слово. Так лучше запоминается. В 2015 году, когда добровольцы из Донецка отбивались от украинских «атошников», родился алгоритм «Жгут-обезболивание-перевязка-автомобиль». Слово получилось запоминающимся.

Если раненый без сознания, прежде всего необходимо убедиться в наличии дыхания и сердцебиения.
Если раненый без сознания, прежде всего необходимо убедиться в наличии дыхания и сердцебиения. Фото: АиФ-Крым/ Глеб Задворнов.

«Журналистам, которые работают на новых территориях и оказались под обстрелом, как раз Ж.О.П.А. и подходит, — обрадовал Док. — Обычно вы работаете в городской застройке и со своим транспортом. Есть возможность оказать помощь и быстро доставить пострадавшего в больницу. А для зоны боевых действий алгоритм устарел. В Донецке девять лет назад от передовых позиций можно было добраться за 15-20 минут на машине».

Теперь расстояния иные, эвакуация — процесс более сложный. Одного раненого в экипировке и с оружием на лёгких носилках несут четверо бойцов, тоже в «броне» и с оружием. И по пересечённой местности.

Поэтому на месте нужно оказать тот максимум помощи, который позволит раненому дождаться вмешательства медиков. Так появились другие, официально утверждённые алгоритмы. К.У.Л.А.К: кровотечение-удушье-лёгкие-артерии-колотун. На втором месте — проверка дыхательных путей, которые могут быть забиты землёй, выбитыми зубами, тканями порванных щёк. Потом — проверка на ранения грудной клетки, правильное наложение кровоостанавливающих средств, согревание раненого. Тот самый «К» — колотун, появляется как раз из-за кровотечения. Б.А.Р.И.Н: боль-антибиотик-раны-иммобилизация-носилки.

Тампонирование ран поможет спасти жизнь.
Тампонирование ран поможет спасти жизнь. Фото: АиФ-Крым/ Глеб Задворнов.

В бровь и в ухо

Его зовут Федя. Весит 50 килограммов, одежду имеет гражданскую. У него раздроблена ладонь — так, что пальцы свисают тряпочками, а на месте одной ноги — окровавленный обрубок лодыжки. Он молчалив и, видимо, находится в бессознательном состоянии.

Док несколько раз демонстрирует на Феде переворот раненого в правильную устойчивую позу — на бок и чуть вниз. В такой он может дождаться эвакуации.

Потом мы смотрим, как Федю подвергают правильному осмотру. За спиной медика инструкторы напоминают, что на базе забыли одну важную федину часть. Которая на худосочном манекене выглядит прямо-таки угрожающе, но имеет значение в рамках оказания первой помощи. Потому, что ранить могут и туда, в дорогое мужчинам место.

Док тут же разоблачает гуляющую по Интернету байку — о том, что защитить причинное место можно, если прикрывать его автоматом. «Пришла эта легенда из учебного ролика, выложенного в сеть ИГИЛ (организация, признанная в РФ террористической — ред.), — сообщил Владимир. — Но вы посмотрите, что из защиты на этих людях? У них только автомат, обычная одежда и тапочки! Наши бойцы имеют комплект «брони», защищающей от разных ранений».

Навыки обращения в огнестрельным оружием пригодятся на поле боя.
Навыки обращения в огнестрельным оружием пригодятся на поле боя. Фото: АиФ-Крым/ Глеб Задворнов.

...Про медицинскую сортировку слышали все, кто в школе не прогулял уроки истории по теме Крымской войны. Гениальный хирург Пирогов применил там систему, позволившую эффективно распределить силы медиков и спасти больше раненых.

Но «пироговская» сортировка, времён Великой Отечественной, или «мирная» — например, при ЧС, разительно отличается от той, что в зоне боевых действий. Когда количество раненых превышает возможности медиков, приоритеты другие. Здесь нет реанимации. Без сознания, но дышит — «экстренный», в сознании и дышит — очередь, и чтоб кто-то присмотрел... Часто страшно выглядящие раны — самые безобидные. Срезанная бровь или повреждённое ухо обильно кровят, но от такого никто не умрёт.

В Крыму курсы тактической подготовки, где преподавали также тактическую медицину, появились семь лет назад. С начала СВО здесь осваивали эту науку мобилизованные крымчане — намного более объёмный курс. Гражданским тоже сюда можно: мужчинам и женщинам, здоровым и совершеннолетним.

Кстати
О том, насколько полезными может быть обучение тактической медицине, инструкторы курсов «ВОИН» вспоминают на примере крымчанина Дмитрия. В 18 лет, перед началом СВО, он пришёл, чтобы получить эти знания. Потом стал служить по контракту. В апреле 2022 года, когда в результате украинской ракетной атаке возник пожар на крейсере «Москва», он оказал первую помощь 16 товарищам.
                                                                 

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах