В Крыму начались мероприятия, посвященные столетию Крымской гидрогеологической режимно-эксплуатационной станции (ГГРЭС). Это своего рода страж знаменитого Сакского озера — места добычи целебной грязи. С момента ее основания грязь стали добывать, поддерживая водно-солевой баланс озера и проводя научную работу.
Грязная история
Сакское озеро как лечебный ресурс было «на примете» у людей еще с античных времен. Чуть меньше двух тысяч лет назад римский ученый Плиний Старший писал: «В западной части полуострова Таврика есть город Пароста, где лечат целебными грязями». В средние века это местечко стало называться Саки, что переводили как «крепкий, здоровый». В общем, еще тогда это соленое озеро и его грязи были широко известны среди страдающих ревматизмами, радикулитами и целым списком других заболеваний.
Сам процесс лечения до начала XIX века выглядел простым. Выкопали ямку в грязи — и сопровождающие забросали тебя целебным илом: лежи, исцеляйся. А рядом — слуга с зонтиком от солнца. Неудивительно, что многим лечение не помогало и даже вредило здоровью.
Первый шаг от самолечения к организации курорта был сделан благодаря Николаю Оже — французский подданный, принявший русское гражданство, он просто «заболел» мечтой о грязелечебнице в Саках. Он осознавал, что славу курорту должно принести действенное, правильное с медицинской точки зрения, лечение. Не валяться в грязи до звона в ушах, а накладывать грязь на больное место в течение определенного времени; не кричать о том, что здесь исцеляют от всех болезней, а выяснить, в каких случаях грязелечение — благо, а в каких — бесполезно.
В 1832 году в Саках появилась гостиница на два десятка номеров и корпус для военных. Местные жители не упускали свою выгоду, и брали постояльцев, назначая бешеные цены за размещение. Таких даже не было на Южном берегу: 1,5-2 рубля в сутки без питания.
Историк, археолог, основатель журнала «Русский архив» Петр Берсенев побывал на грязелечении и впечатления излил в статье для своего печатного издания.
«Вошли в узенький коридор, где толпится народ, зловоние от людей чем-то горелым, — писал он. — Назначаемые комнаты хуже того карцера, куда меня когда-то посадили. Восшедши на галерею, где собираются больные, я услышал жалобы и ропот на неудобства и недостаток комфорта в помещении. Все напичкано многолюдством, в комнатах нечистота и неопрятность».
Сама лечебница потихоньку расширялась, появлялись новые помещения — для рапных ванн, для отдыха между процедурами. Начиная с тридцатых годов XIX века журналы записи больных, которые Оже прилежно вел, просто-таки пестрят громкими именами флотоводцев, военных, князей и графов. Многие из них, подлечившись, сами начинали ходатайствовать об организации здесь курорта.
«Компрессники» бдили
Как проходили процедуры? На деревянном помосте заранее выкладывали грязевые «медальоны» — проще говоря, порционные кучки грязи — чтобы солнце как следует прогрело их. Больного обмазывали грязью, а девочки (в женском отделении) и мальчики (в мужском), держали над их головой зонтики, при надобности ставили холодный компресс. Кстати, должность эта так и называлась — «компрессник». После грязи пациента обмывали рапой — соленой водой из озера.
В грязи лежал здесь и адмирал Корнилов: как он страдал от ревматизма! Эта болезнь рано или поздно настигала многих моряков. В письме брату он просил: «Потолкуй пожалуйста с петербургскими эскулапами: что мне делать? Так не хочется быть инвалидом, что я тогда буду делать на белом свете?» Пребывание в Саках вернуло его к активной жизни.
Два раза приезжала сюда княгиня Гагарина с дочерью. Знаете, от чего лечились утонченные аристократки? От золотухи — «болезни крестьянских изб», как тогда ее называли медики. Происходила она, как считалась, от грязи и скудной пищи. Впрочем, «сливки общества» золотухой заболевали «от нервов, наследственности и прочих причин». Обрести чистую кожу дамам должны были помочь сакские грязи. И они помогли княгине, которая все дни посвятила лечению. А дочь так и уехала с прыщиками и струпьями — по записям доктора Оже «приняла всего две процедуры, а дальше их производить не захотела».
После Крымской войны в Саках появляется все больше и больше военных. Буквально на глазах выросли крепкие просторные бараки (простоявшие, кстати, аж до Великой Отечественной войны). По 600 человек солдат и офицеров прибывало сюда в летний сезон.
Юность курорта
— 1882 г. — куплено 12 десятин земли для расширения лечебницы, начато высаживание деревьев парка.
— 1887-1888 гг. — выстроено посещение для приезжих и бараки для «бесплатных» больных.
— 1889-1894 гг. — расширены помещения для ванн, построена новая гостиница, особая грязевая площадка первого класса для особо почтенных пациентов. Выстроено новое ванное здание. В парке вырыто два озера, одно из них изображало Черное и Азовское моря.
— 1912 г. — появилось большое двухэтажное здание института диагностики и физических методов лечения.
— 1914-1915 гг. — выстроены большое ванное здание и площадки для военных — больных и раненых, а также хирургический корпус с большой операционной.
— Пик заполненности Сакской грязелечебницы пришелся на 1917 год: 4721 человек за сезон.
Не дадут исчезнуть
Сакское озеро — оно огромное, больше пяти квадратных километров. Но мелкое: до метра воды над донными илами, той самой знаменитой грязью. Природе график работы здравниц не предъявишь. Слишком много солнца — испаряется вода, а грязь покрывается гипсовой коркой. Слишком много снега и дождей — и соленая рапа разжижается, теряя свои целебные свойства. К 20-м годам прошлого века восточная часть озера стала непригодной для грязелечения, она «загипсовалась».
«Этот гипс — бич Сакского озера, — сетовал известный крымский ученый, геолог и краевед Алексей Дзенс-Литовский. — Образовался за последние десятилетия вследствие несогласованности работ грязелечебниц и промысла в использовании восточного бассейна».
Интересно, что озеро изучала в 1917 году экспедиция профессора Кашинского, в которой участвовал Александр Ферсман — будущий академик и авторитет советской геологии. Водоему он посвятил монографию, назвав его «явлением реликтового характера». И, представив историю существования озера, «прочитанную» по гипсовым отложениям, предрек ему неминуемого исчезновение. Оно должно высохнуть в результате естественных природных процессов. Если, конечно, не вмешаются люди.
И они вмешались. Сначала, в 1926 году, на берегу озера появились научно-наблюдательная станция и гидрометеорологический пост. К этому времени ушли в прошлое тачки, которыми перевозили грязь, их место заняли вагонетки, появились новые площадки для грязелечения, возвели дамбу, отделяющую лечебное озеро от пресных вод соседней запруды. Позже маленькая станция выросла в уникальный объект, который, можно сказать, взял озеро под полный контроль.
Сегодня Сакское озеро регулируется искусственно. На языке, которым привыкли изъясняться специалисты, это называется «поддержание оптимального водно-солевого баланса». В Крыму ок 1149 оло двадцати месторождений иловых грязей — наши запасы на отдаленное будущее, и многие из них не нуждаются во вмешательстве человека.
С Сакским озером дело иное. Это комплекс из семи водоемов, но только два из них — с целебными грязями, остальные собирают сточные воды. Лечебные участки полностью изолированы, лишены естественной подпитки водой и солями. Поэтому, чтобы поддерживать определенный уровень и степень минерализации рапы (соленой воды) озера, туда закачивают с помощью насосов морскую воду, есть тут специальный гидротехнический комплекс. И напротив — если погода слишком щедра на осадки, излишек пресной воды сбрасывают в один из «сточных» водоемов. Но не только этим занимается станция: за каждым участком, где идет добыча грязи, ведется наблюдение, ежедневно лаборатории проводят анализы целебного ила и рапы.
Грязи на наш век хватит. Запасы ее в Сакском озере — около 3,7 миллиона кубометров. Это примерно на 350 или даже на 500 лет — даже если будут ее добывать, как в рекордном 1991 году, по 15 тысяч тонн в год.
Озеро не может похвастаться обширной фауной — нет на свете рыб, которые могли выдержать такую соленость воды. Зато некоторые мелкие рачки чувствуют себя здесь неплохо, а личинки комара-звонца служат даже «индикатором солености». Если они есть, то соленость водоема нормальная, если их слишком много — минерализация озера пониженная, если отсутствуют — то слишком высокая.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
