В Симферополе продолжается реконструкция Детского парка — самого старого в стране. Чуть меньше семидесяти лет назад на 13 гектарах бывшей опытной станции плодовых культур был создан первый, невиданный в СССР, комплекс.
С аттракционами, зооуголком, аквариумом, городком «безопасности движения», открытая театральная площадка. А еще — бассейн для испытания моделей юных техников, специальный круглый трек для испытаний авиамоделей. Украшением парка стала «Поляна сказок» с фигурами героев пушкинского Лукоморья.
Недавно сказочный уголок был обновлен: специалисты сняли со скульптур многолетние «реставрационные» наслоения, а студенты старших курсов и преподаватели Крымского художественного училища имени Самокиша раскрасили их.
Между прочим, само существование этого уголка парка — интереснейшая история, полная неожиданностей.
Руслана звали Иваном
Волшебное число, то и дело упоминающееся в сказках — семь. Так вот, пушкинское Лукоморье в Детском парке Симферополя создавали как раз семь крымских скульпторов. Одни из них делали первые шаги в профессии, другие уже были признанными мастерами, чьи работы стояли в разных уголках Крыма.
Степан Карташов, благодаря которому по уголку сказок шагают дядька Черномор и морские витязи — не тридцать «рядовых», а четверо — профессионального образования не имел, был самоучкой. Но, как признавали коллеги, исключительно талантливым. Нечисть — Бабу Ягу и Лешего лепил симферопольский мастер Владимир Спичак, и они получились очень выразительными. Пушкинский богатырь Руслан на коне — работа известного скульптора, заслуженного художника Украины Леонида Смерчинского. «Когда распределяли, кому над какой фигурой работать, муж решил остановиться именно на Руслане, — вспоминала Нина Смерчинская, вдова скульптора. — Делал богатыря Леонид Семенович в нашей мастерской, но фигура оказалась настолько большая, что не было возможности доделать хвост у богатырского коня. В таком виде скульптуру и перевезли на поляну, хвост пришлось лепить уже здесь».
Руслан — не просто герой сказки, для этой скульптуры Леониду Семеновичу позировала живая легенда — симферополец Иван Мальцев, одиннадцатикратный чемпион мира по тяжелой атлетике. Еще до войны Мальцев шесть раз становился чемпионом Крыма, ЧФ, ВМФ СССР, Красной армии в троеборье!
Силач, служивший на флоте, был среди защитников Севастополя. Был тяжело ранен в последние дни обороны — и вместе с другими ранеными, захвачен в госпитале, отправлен в страшный симферопольский лагерь «Картофельный городок». Кто-то из знавших чемпиона донес командованию лагеря о нем, и немцы, видимо, рассчитывали, как-то использовать такого человека. Для начала — поместили в госпиталь и предоставили лечение. Но дальше не сложилось, сотрудничать Иван Мальцев отказался, и в неволе пробыл до самого освобождения Крыма.
После войны Мальцев восстановил форму и снова ставил рекорды, в том числе мировые. Три из них недосягаемыми остаются и сейчас: в толчке левой рукой: 107, 2 кг для атлетов среднего веса; 113, 1 кг для полутяжеловесов; 114,1 кг для тяжеловесов.
Голова со свистом
Как известно, пушкинский Руслан сражался с Головой, и в симферопольском Лукоморье он идет в атаку на своего врага. Огромная голова — творение Владимира Солощенко. «Он ее лепил с себя, — рассказывал о творческом процессе сын скульптора Валерий. — Становился у зеркала, раздувал щеки — как будто сильно дует... Конечно, в чем-то и пофантазировал, потому что у Головы я не замечал портретного сходства с отцом». Между прочим, были у этой сказочной фигуры времена, когда из ее губ вырывался поток воздуха, имитируя свист: для этого внутри был установлен компрессор. Но Голову буквально через пару-тройку месяцев лишили этой способности — слишком уж пугались дети.
Голова оказалась самым «живучим» обитателем Поляны сказок, поскольку сделана была из ракушечника. Разве что в первоначальном варианте усы и борода ее были из канатов, но затем были воссозданы из более прочного материала. За Головой притаился олень, его тоже создал Владимир Солощенко — видимо, это как раз один из тех невиданных зверей, который оставляет следы на невидимых тропинках.
Сказочной царевне, сделанной Нитой Солощенко — второй половинкой дуэта замечательных симферопольских скульпторов — пришлось пережить не одну операцию по восстановлению красоты. Когда уголок с пушкинскими героями только открылся, на поляну был разрешен свободный вход, позже любоваться на население Лукоморья можно было только из-за ограды, спустя какое-то время сюда стали пускали желающих фотографироваться... Само собой, что множество мам и пап стремились снять свое чадо если не у царевны на коленях, то верхом на волке. На пользу фигурам это не шло, цемент крошился, скульптуры разрушались.
Впрочем, и ей, и богатырям, в разное время терявшим копья, носы и бороды, все-таки повезло больше, чем работе Николая Бедниченко «Иван Царевич и Марья Царевна на ковре-самолете». Эта скульптура висела... в воздухе на системе тросов, протянутых от дуба и навершия шлема Головы. По воспоминаниям Валерия Солощенко, ковер вроде бы был сделан из папье-маше: материала недолговечного, и очень быстро разрушился. Восстанавливать Ивана да Марью не стали.
Педикюр для Лешего
После развала СССР Лукоморье пришло в запустение.
«У сказочных богатырей отбиты, изувечены руки, только у одного из пяти сохранилось копье, — описывала потери в 1996 году газета „Крымское время“. — Метла Бабы Яги сломана, а у кота ученого больше нет цепи. Сломано и копье Руслана. „Живая голова“ варварски раскурочена, правый глаз раздроблен. Лицо плачущей царевны, ее пышный наряд в грязи и копоти. Неприглядный и землянистый Серый волк».
Город все-таки нашел деньги, было проведено восстановление фигур. А дальше с интервалами от года до двух-трех лет потянулась череда обновлений. Отвалившееся приклеивали, скульптуры красили. Из-за этого «слипались» в единое целое детали. Персонажи Лукоморья стали выглядеть гротескно. Баба Яга, например, обрела гигантские губы-вареники, хвост лошади Руслана напоминал колонну, на которую задом опирается животное. Во время одного из «приведения в порядок» сказочного уголка Лешему в ярко-красный цвет покрасили рот, ногти на ногах. Ну, как же «хозяину леса» без педикюра?
Черты лиц героев тоже оказались далекими от изначальных. Особенно не повезло Царевне, она может считаться ветераном «пластических операций». Да и корону с нее то снимали, заменяя скромным деревенским венчиком, то возвращали. Кстати, во время этого обновления символ статуса девушка снова утратила!
И почему-то ученого Кота красили то в черный, то в серый цвет, хотя когда-то он был рыжим.
Но самые интересные приключения были у Русалки. Автор скульпторы, Нина Котолупова, десятки лет заботилась о Лукоморье, реставрируя фигуры, оберегая их от разрушения. Ей, тогда совсем молодому специалисту, досталась одна из самых трудных творческих задач: хотя нижнюю часть тела сказочной героини целомудренно скрывал хвост, верхнюю ничто не прикрывало. А в те времена (поляна открылась в 1958 году), фигура с обнаженной грудью, да еще на площадке, предназначенной для детей, могла быть названа неуместной. Но Русалка, которую создала Нина Петровна, была целомудренной, прекрасной и величественной: внимание зрителей прежде всего привлекали роскошные волосы и огромный чешуйчатый хвост. А прочие детали снизу было затруднительно разглядеть.
Прекрасная Русалка разбилась: по одной из версий виновата была непрочная ветвь, которая в один прекрасный день подломилась, по другой — молодежь, проникшая в парк и ради озорства стряхнувшая скульптуру вниз. Интересно, что некоторые симферопольские старожилы настаивают: после этого ЧП Русалку все-таки восстановили, водворили на другую ветку, но потом ее снова разбили.
В начале 200-х фотографы, работавшие в Детском парке, предлагали под дубом фотографироваться с самодельной Русалкой, сделанной из манекена. А девять лет спустя на ветке дуба поселилась странноватая фигура, исполненная в стиле модерн. Первое, что замечали зрители — ее обнаженную грудь. По просьбам посетителей парка подводной жительнице «надели» бюстгалтер. А через три года сменили на другую морскую деву.
Детский парк для посетителей должен открыться уже в мае. И симферопольцы спорят: будет ли на дубе снова сидеть русалка?